Каждый из нас читал наизусть ее вдохновенное «Хоск им вордун»( ԽՈՍՔ ԻՄ ՈՐԴՈՒՆ),(«Слово сыну»). В каждый дом входила она своими сокровенными строками, в каждое сердце людское… Сердце армянское, русское, cердце человека любой другой национальности, открытого к восприятию культуры древнего, многострадального и многопечального, но и наделенного многими талантами народа армянского, душой, совестью, голосом, выразителем светлых чаяний и славной дочерью которого была она…...

Ореховое дерево

Армянам за рубежом

Мой древний народ, мой мудрый народ,
С ореховым деревом ты сравним:
Ты в мира саду, средь горных высот,
Рос в самом конце, под ветром сухим.
Так мало земли под стволом твоим,
И так распростерты руки ветвей,
Что падали век за веком вдали
Плоды, вскормленные кровью твоей,
На пыльные тропы чужой земли...

в народе, да и некоторые писатели тоже, говорили, что она большинство своих стихов украла у своего бывшего мужа, у Шираза

Ереко нвирвац Сильва Капутикянин
"ИТАР ТАСС"

(Ес эстех верчн ем)

Gisher писал(а):большинство своих стихов украла у своего бывшего мужа, у Шираза

уже доказано


мне вообще не нравится ее поэзия.

* * *

Идёшь ты мимо дома моего,
Такой холодный и чужой такой,
А я ищу тебя лишь одного
В чужом дому с надеждой и тоской.

Кому попало на своём пути
Меня готов ты выдать каждый миг…
Трепещет имя на устах моих,
Но вслух его боюсь произнести.

Твоя душа – гостиница, мой друг,
Легко войдёт и выйдет человек.
Как в крепости, в душе моей навек
Закрылся ты, в неё ворвавшись вдруг.

Порой тебе завидую до слёз,
Собой недовольства не тая,
Что в жизни встретить довелось
Любовь тебе такую, как моя.

* * *

Не заставь меня плакать, – я плакала много, любимый.
И не думай напрасно, что я холодна и надменна.
Мне изранили сердце, и в шрамах оно постепенно
Отвердело, но больно ему от ожога, любимый.
Безоглядно я шла, доверялась открыто и прямо,
Но как часто встречала я с горечью неодолимой
Камень вместо сердец, я же верила в сердце упрямо.
Нелегко мне досталась прямая дорога, любимый.
Мне бы тихо уснуть, по-ребячьи склонясь головою
На колени твои – отдохнуть от тоски нестерпимой.
Тайный свет сбереги, озаряющий сердце живое –
Вечереет мой день, уже ночь на пороге, любимый.

* * *

Нет, я видеть тебя не хочу!
Если очи станут искать –
Веки темные опущу.
А язык мой тебя назовет –
Я зубами его прикушу:
"Замолчи, не шепчи, сумасброд!"
Ну а если из сердца крик?
Если сердце начнет тебя звать?
Как унять мне сердца язык?
Как язык мне сердца унять?

* * *

Ушел…
Но знаю всей душою –
Нам друг от друга не уйти.
Я знаю, я всегда с тобою,-
Я перекрою все пути!
Я – дом твой, я – твоя дорога,
Ты ходишь с именем моим.
В тебе меня настолько много,
Что нету места там другим.
И сколько б женских глаз ни встретил –
Мои глаза увидишь в них.
Я для тебя одна на свете,
И тут не может быть других.
И чьи б ни слышал голоса ты –
Услышишь в них меня одну.
Коснусь тебя ветвями сада,
Глазами полночи взгляну.
Когда домой вернешься поздно,
Ты снова вспомнишь обо мне.
Я стану дымом папиросным,
Я стану звездами в окне.
Через любые километры
До сердца сердцем дотянусь.
В окно влечу я нежным ветром.
Закроешь – бурею ворвусь!
Есть у любви своя отвага!
Влетев в твой дом, в твой мир, в твой быт,
Смешаю все твои бумаги,
Всю жизнь смешаю может быть…
Не смеешь ты меня забыть!

Вечер

Слежу в одиночестве
За угасанием дня…
Мой сын и внучата мои далеко от меня.
А времени ход так безжалостно неумолим,
Что ныне они непричастны к тревогам моим.

Однако наполнили дом мой всему вопреки
Живым многозвучьем и юноши и старики.
И чувствую сердцем, едва лишь взгляну я вокруг —
Объятья их взоров и нежность протянутых рук.

Я, женщина, так и не стала кому-то женой,
Семейное счастье меня обошло стороной.
Но людям — не мужу — я сердце свое отдала,
По ласке тоскующим, ждущим любви и тепла.

Народ мой — очаг, разгоняющий холод и тьму, —
Огонь свой и песни свои я вручила ему…
В нем пламя живое живет, не сгорает дотла:
Его сберегла моей жизни сожженной зола.

Очаг мой — Армения, ты мой дом и семья…
Спасибо! Сиротства с тобою не чувствую я.
Спасибо за то, что спасла, не позволив пропасть,
И жар мой душевный, и женскую силу, и страсть.