Babek » 06 окт 2007, 00:22
никаких лишних слов, отличная статья
Вугар Сеидов: «В основе армяно-азербайджанского конфликта лежит сугубо территориальный фактор, и принцип «права нации на самоопределение» в отношении Нагорного Карабаха абсолютно неприменим»
05 Октября 2007 [17:00] - Day.Az
В своём выступлении на проходящей в Нью-Йорке 62-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН глава МИД Армении Вардан Осканян заявил, что «в основе процесса урегулирования карабахского конфликта лежит право народа Нагорного Карабаха на самоопределение и определения своего будущего». Одновременно с этим, Осканян выразил недоумение, почему независимость Косово исключает возможность самоопределения и для других народов. «Мы не понимаем логику, согласно которой Косово будет предоставлена независимость, однако ни один другой народ не может достичь самоопределения». По его мнению, на свободу и безопасность не должно быть никаких квот.
Осканян отметил, что его страна внимательно следит за процессами, происходящими в Косово и знакома с позицией международного сообщества о том, что Косово не может служить прецедентом для других конфликтов. «Хотя у нас нет намерений использовать Косово в качестве прецедента, так как это будет противоречить нашей позиции, заключающейся в том, что все конфликты являются разными по своей сути, однако мы не понимаем и не можем принять обратную логику, согласно которой Косово будет предоставлена независимость, однако ни один другой народ не может достичь самоопределения», - сказал Осканян.
Если г-н Осканян действительно не притворяется, а на самом деле не понимает, почему принцип самоопределния народов не подходит к Нагорному Карабаху и не может быть применим в разрешении конфликта, я постараюсь помочь ему и популярно объяснить.
Начну с того, что летом прошлого года в газете «Moscow Times» была опубликована статья предшественника Осканяна на посту министра иностранных дел Армении г-на Раффи Ованнисяна «Целостность и Определение - Всё Дело в Нации», в которой автор в качестве сердцевины решения конфликта выделил волю народа Нагорного Карабаха. Разумеется, не обошлось без экскурса в историю по части «передачи Сталиным этой древне-армянской земли» совершенно непонятно откуда взявшемуся Азербайджану. Понятие «народ», «нация» и гуляющий в таких случаях неподалёку от них принцип «самоопределения» проходили красной нитью в статье. Примечательно, что «самоопределение» армян Карабаха Ованнисян связал даже с борьбой колониальных народов за своё освобождение.
Одним словом, если не знать ничего o сути конфликта, то статья будет выглядеть довольно свободолюбивой с изобилием популярных в сегодняшнем мире либерально-демократических терминов и ссылок и несомненно вызовет понимание со стороны не сведущих ничего в этом конфликте американских конгрессменов, европейских парламентариев и других западных политиков. На секунду отвлекусь и замечу, что именно на это делался расчёт в самом начале конфликта, когда армянской пропаганде за границей ничего не противостояло, и игра велась, практически, в одни пустые ворота.
В ответ я направил в редакцию «Moscow Times» письмо с ответной статьёй «Всё Дело в Территории», которую газета, увы, не опубликовала. В ней я пояснил, почему принцип самоопределения народов не подходит к Нагорному Карабаху, и особо отметил, что сутью конфликта является не какое-нибудь стремление порабощённой нации к долгожданному глотку свободы, а банальное желание соседнего государства пополнить свою территорию дополнительными квадратными километрами. В данном случае, лозунг о самоопределении - ничто иное, как красивая терминологическая ширма, за которой скрываются совсем другие цели, и в реальности он представляет собой временный инструмент в технологии обычной территориальной экспансии.
О том, какое место в сознании армян занимает территориальный фактор, говорить можно бесконечно. Карты, территории, границы - всё это составляет ядро армянского самосознания, значительную часть армянской культуры. Вековая мечта мирового армянства о расширении границ Армении превратилась чуть ли не в национальную религию, стала частью национального бытия, смыслом существования самой нации. На доктрину территориального расширения оказались нацелены все разработанные армянами известные национальные концепции. Точно так, как в советское время трудно было защитить диссертацию по биологии или химии без обоснования в конце работы перспективы производственного внедрения результатов исследования, точно так, как любое изобретение и открытие в первую очередь рассматривалось на предмет его возможного применения в оборонных целях, точно так же любая мелочь, созданная армянами в 20-м веке (будь то обычная песня, написанный детский стишок, картина, фильм, построенные здания, написанные оперы, завоёванные армянами золотые медали, премии и многое другое) задумывалась с обязательной оценкой того, как в перспективе можно будет её использовать в деле достижения смысла существования самой нации - расширения границ и выхода Армении к трём морям.
О том, что по пути к этим морям живут, вообще-то, и другие народы, и пространство это вовсе не пустынно, теоретикам территориального расширения думать было как-то некогда.
В то же время существовало понимание, что для того, чтобы расширить что-то, надо было сперва создать это самое «что-то». Поэтому в конце 19-го века перед армянской нацией встал вопрос о создании государственности как таковой. Для начала в форме автономии, со временем можно было подумать о её «upgrade» в независимое государство, а вот потом уже можно было начать думать о выходе к разным морям и океанам. Созданные партии Гнчак и Дашнакцутюн как раз и ставили перед собой задачу территориального обрамления армянской нации и определения контуров будущего армянского государства.
Первая независимая армянская республика появилась на свет в начале 20-го века. С большим опозданием. Прошли времена, когда можно было захватывать чужие территории без особых дипломатических объяснений и простым аргументом «это место мне симпатично». К моменту образования армянского государства уже существовала Лига Наций, а вместе с ней и международное право, исключающее вольные хождения различных армий по чужим территориям, самовольное водружение флагов везде, где понравилось, и изменение границ в одностороннем порядке. Теперь уже для каждого конкретного территориального изменения необходимо было придумывать убедительное и легитимное обоснование, которое было бы принято международным сообществом.
Понимая, что наступили совершенно другие времена, теоретики территориального расширения молодой Армении принялись за выработку таких обоснований. Любопытно, что все известные армянские мифы в той или иной степени носили в себе территориальный аспект.
Возьмём, к примеру, миф о так называемом «геноциде». Казалось бы, зачем армяне никак не успокоятся, а, напротив, продолжают почти целое столетие долбить мозги всего мирa этим «геноцидом»? Ведь столько лет прошло! Даже если и признать, что действия Османской Империи на самом деле подпадали под термин «геноцид», виновных-то все равно уже не найти и не наказать. Тогда зачем вся эта возня с прошлым? Только ли в моральной стороне дело? Одних ли только извинений ожидают армяне от Турции? В том то и дело, что нет. Армяне и не скрывают, что после признания Анкарой «геноцида» следующим шагом они поставят вопрос о материальных компенсациях и... компенсациях территориальных. А оттуда и до воскрешения мёртвого Севрского Договора рукой подать, без своевременного аннулирования которого Армения по окончании первой мировой войны получила бы обширные территории в Восточной Анатолии и на Кавказе, на которые замахивалась и ради получения которых в годы мировой войны уничтожала проживающее там веками мирное мусульманское население. Несомненно, в основе всей этой компании с «геноцидом» и всего Ай-Дата лежит банальный территориальный фактор.
Или же возьмём миф о дискриминации этнических армян в Советском Азербайджане. Казалось бы, к чему эти выдумки, когда всем известно, что армяне в Нагорном Карабахе жили вовсе не хуже своих сородичей в самой Армении и уж точно не хуже азербайджанцев в Армении, и их жизнь в автономии (чего, кстати, не было у азербайджанцев в Армении) была ничем не хуже жизни любых других народов в СССР, включая самих русских? Ответ очевден - «дискриминацией» армян и «отсталостью» региона можно обосновать невозможность дальнейшего нахождения НКАО в составе Азербайджана и целесообразность её переподчинения Армении. То есть, опять всё та же территория.
На что направлены сегодня разговоры о правах человека в Джавахетии и требования автономии для армянского населения? Только ли для возможности большей самореализации армян в составе грузинского общества и их лучшей интеграции? Сомневаюсь. Уверен, что сомневаются и сами армяне - думаю, им просто некогда заниматься подобными гуманитарными вопросами. Реальная цель всех этих разговоров иная - создание предпосылок для будущего присоединения Джавахетии к Армении по сценарию (пока что неудачному) Нагорного Карабаха. Можно в два этапа - через независимость. Но в любом случае, вопрос территории превыше всего!
Даже миф об Армении как первом в мире христианском государстве (когда и независимого государства-то и вовсе не было) довольно элегантно направлен на службу доктрине территориального расширения - благодарная Европа, разумеется, воздаст Армении своими симпатиями за сохранение «древнего» очага цивилизации перед лицом «варваров-пришельцев» и проголосует в своих парламентах за обоснованность территориальных вознаграждений. Элемент комплекса терродефицита содержится даже в гербе Армении, на котором изображена гора, находящаяся на территории совершенно другого государства. Назовите мне какое-нибудь государство в Латинской Америке или Европе, которое включило бы в свой герб изображение Килиманджаро или Эвереста. В Калифорнии есть армянские рестораны «Ван», «Карс», гостиница «Эрзерум», названные в честь одноимённых городов в Турции. Известно, что Аляска когда-то принадлежала России. Но разве найдётся сегодня какой-нибудь русский, который, эмигрировав, допустим, в Германию, откроет там русский ресторан «Аляска» или «Порт Артур»?
Одним словом, территориальное расширение любыми путями было и остаётся движущей силой и смыслом существования всей армянской нации за последние сто с лишним лет. И должно быть весьма подозрительно, что конфликт вокруг Нагорного Карабаха, начавшийся в 1988-ом году с неприкрытых территориальных претензий Армении, внезапно перестал быть по сути территориальным и в одночасье (с подсказки Г.В.Старовойтовой, А.Д.Сахарова и его супруги Люсине Кеворковны Алиханян-Боннер) трансформировался во внутренние позывы свежеродившейся нагорно-карабахской нации к деколонизации через вильсоновское самоопределение.
Между тем, разработанный президентом США Вудро Вильсоном принцип права нации на самоопределение касался колониальных народов, борющихся за создание независимых государств после окончания первой мировой войны, когда стали рушиться заокеанские империи. Этот принцип никогда не распространялся на национальные меньшинства в метрополиях, особенно в тех случаях, когда сразу под их боком появлялись суверенные государства с аналогичными титульными нациями. Независимая Армения с самоопределившимся армянским народом и есть такое государство. Самоопределение - это не шатл многоразового использования. Пользуется этим правом нация один раз, и уж точно не за счёт другой нации. Азербайджан же, в свою очередь, никогда не представлял собой империю, и тем более, никогда его карабахская провинция не могла считаться «заморской» колонией Азербайджана. Это область в самом центре Азербайджана, где в течение тысячелетий проходил процесс этногенеза нации, формировалась её многовековая культура.
Принцип самоопределения неприменим к Нагорному Карабаху также и потому, что и нации-то такой нет, никогда не было и не будет. Есть армяне и есть азербайджанцы. Есть Азербайджанская Республика с армянским нацменьшинством и есть Республика Армения с депортированным азербайджанским нацменьшинством. Точка! Любая иная интерпретация данного факта - это обычная тавтология и терминологическая спекуляция.
Если исходить из обратного и предположить, что есть такая нация, то с какой тогда стати она должна быть исключительно армяноязычной? А как же «азербайджаноязычные нагорнокарабахцы», составляющие почти треть этой так называемой «нации»? Разве треть нации может быть лишена прав? И если есть нагорнокарабахская нация, то не появится ли завтра «джавахетская», «дербентская», «брайтонбичская» нации? И почему не должно быть, в таком случае, азербайджаноязычных зангезурской и восточно-гёйчайской наций, которые тоже могут заявить о своём законном праве на репатриацию, вильсоновское самоопределение, деколонизацию от Армении и создание независимой Гёйча-Зангезурской республики? Вопрошая словами самого Осканяна, разве могут быть квоты в этом вопросе?
Осканян не может понять логику, по которой косовцам позволено то, что не позволено армянам Нагорного Карабаха. А мы, со своей стороны, не можем понять его логику, почему армянам Нагорного Карабаха должно быть позволено то, что не может быть позволено азербайджанцам Нагорного Карабаха, не желающим жить вне Азербайджана. Ну и совершенно не можем мы понять, почему население Нагорного Карабаха может считаться отдельной нацией с правом на самоопределение, а община азербайджанских беженцев из Армении не может считаться таковой с такими же правами на репатриацию и самоопределениe. Разве существуют льготные нации?
Сегодня всему миру стало ясно, что в основе конфликта вокруг Нагорного Карабаха лежит не воля его народа (почему-то только его армяноязычной части), а принадлежность территории. Конфликт носит исключительно территориальный характер, и рассматривать его необходимо только в этом ракурсе. Понимая, что открытые территориальные претензии в сегодняшнем мире уже не в моде, и они не встретят симпатии международного сообщества, Армения решила пойти окольным путём и воспользоваться ширмой под названием «самоопределение». Поэтому азербайджанской дипломатии необходимо активизировать усилия в объяснении мировому сообществу, почему этот принцип вообще не может рассматриваться.
С другой стороны, Ереван и сам начинает осознавать, что карты, которыми он играет, довольно слабые, в особенности, не оправдавший ожиданий и не давший никакого эффекта аргумент с самоопределением. Поэтому в последнее время в Ереване склонны акцентировать больше на состоянии демократии в Нагорном Карабахе vs. остальной части Азербайджана. Всё чаще начинает звучать аргумент, что, мол, демократический Нагорный Карабах нельзя возвращать в лоно тоталитарного Азербайджана. Однако и здесь карты у армян очень слабые, так как не могут быть политические институты, общество и происходящие в нём процессы демократическими, когда для участия в них не допущена почти треть населения.
В 2005 году на конференции в Тбилиси этот контраргумент азербайджанской стороны пытался парировать ответственный сотрудник МИД Армении Варужан Нерсесян, который отмeтил, что точно так же недемократическими можно назвать и выборные органы Азербайджана, при формировании которых не принимали участие, по его «подсчётам», почти полмиллиона покинувших в своё время страну этнических армян. На это участвовавший в конференции тогдашний государственный советник по международным вопросам, нынешний генеральный консул Азербайджана в Лос-Анджелесе Элин Сулейманов великолепно заметил, что некорректно ставить на одну плоскость азербайджанских беженцев из Нагорного Карабаха и армянских беженцев из остальной части Азербайджана, так как обе эти территории являются частью одного государства и Нагорный Карабах, в отличие от Азербайджана, субъектом международного права не является. A эквивалентом армянских беженцев из Азербайджана могут считаться только азербайджанские беженцы из Армении, но не азербайджанская часть населения Нагорного Карабаха. Эту же мысль впоследствии озвучил в прессе и автор этих строк. И поэтому, развивая аргумент Нерсесяна, такими же нелегитимными можно в таком случае считать все органы Армении, в формировании которых не принимали участие азербайджанцы этой страны.
В заключении хочется ещё раз отметить, что в основе конфликта лежит территориальный фактор и стремление Армении стать чуточку побольше. Принцип самоопределения народа - всего лишь инструмент в деле реализации территориальных устремлений армянской нации. И даже если абстрагироваться и начать рассматривать этот принцип всерьёз, а не в качестве ложной ширмы, то всё равно он оказывается абсолютно неприменим в отношении Нагорного Карабаха по целому ряду причин, о которых говорилось выше. Это понимают и посредники, о слабости этого устаревающего аргумента начинают потихонечку шептаться между собой и сами армянские политики. И поэтому они сейчас пытаются выработать какое-нибудь новое обоснование своим извечным территориальным аппетитам и новые аргументы, такие как, например, проблемы с правами человека и демократией в Азербайджане. Но в любом случае, корневая суть конфликта от этого не изменится.
Эльчин рассказывал, что он врач и работает в москве.
убил... честно... Тебе в России не попадались девушки Саши или парни с именем Женя? Это сокращение от имени Микаель, как у Шумахера 
